bitvazaurozay

Когда УПЦ МП отлучат от армии

То, что УПЦ МП продемонстрировала себя в качестве угрозы национальной безопасности, - вина самой УПЦ МП. В этом качестве она очень нравится Кремлю. И старается понравиться еще больше

Верховная рада Украины может лишить священников УПЦ МП права вести пастырскую деятельность в Вооруженных силах. Запрет также может быть распространен на другие силовые ведомства - Нацполицию и Службу безопасности. С такой инициативой готов выступить парламентский комитет по вопросам национальной безопасности и обороны.

Идея, согласно стенограмме заседания комитета, принадлежит Юрию Березе. Его поддержал глава комитета Сергей Пашинский: он считает, что УПЦ МП "нет места в армии". Предположительно, глава комитета обратится в Министерство обороны и к президенту касательно того, что пребывание Церкви государства-агрессора на территории военных частей недопустимо.

"Дождемся Томоса" - вот рефрен разговора депутатов о том, "кого пущать, а кого не пущать" проповедовать людям в погонах. После Томоса многое, по мнению депутатов, решится, рассосется, станет ясно или хотя бы проще.

"После Томоса" - это теперь что-то вроде мема, надо думать. Или молитвы - в зависимости от обстоятельств.

Судя по риторике стенограммы, украинские политики видят автокефалию и "свою" церковь как часть государственного суверенитета. И в другой - нормальной - ситуации, это было бы спорно: между автокефалией и государственным суверенитетом нет прямой и бесспорной зависимости.

Но наша ситуация далека от "нормальной". По одной причине: УПЦ МП оказалась частью государственного церковного проекта страны, с которой Украина воюет. Ничего особенного, так случалось не раз в истории, в том числе и в наших широтах. И во всех - или почти всех - случаях вопрос церковной независимости как фактора национальной безопасности (даже когда таких слов еще не знали) становился ребром.

Интересно, в Моспатриархии об этом не подумали, когда РФ оккупировала Крым? Или патриарх Кирилл как раз об этом-то и подумал - потому и не явился на путинское празднование по поводу Крымнаша?

Но, кроме Кремля и патриарха Кирилла, которые действуют в своих интересах, об этом следовало задуматься также священноначалию УПЦ МП. Москва, конечно, совершила массу ошибок "на украинском направлении". Но это мелочи по сравнению с "эпик фейлом" священноначалия УПЦ МП. Которая не сможет - уже не может - сохранить Украину для империи, но, что хуже, которая не сможет - уже не может - сохранить ни Украину для себя, ни себя для Украины.

Ошибка Моспатриархии состоит главным образом в том, что, инкорпорируясь в государственную политику Кремля, она инкорпорировала попрочнее в себя свой украинский филиал. Патриарха Кирилла можно понять: Украина была его основным приданым в неравном браке с Кремлем. И он, возможно, в тот момент еще не предполагал, что ветреный партнер это приданое быстро прокутит.

А когда стало ясно, к чему идет, патриарх уже просто не решился увеличить для УПЦ МП длину поводка. Кремлю не стало дела до его трудностей - ему нужны были победы, ясная картина единства империи, неприятия "здоровыми силами" всяких "майданов" и "геополитической катастрофы". Эскалация конфликта "здоровые силы в Украине против хунты", судя по всему, также входила в госзаказ.

То, что происходит с УПЦ МП в Украине сейчас, - прямое следствие политики Моспатриархии и Кремля, которые пытаются убедить своих, российских телезрителей в том, что несмотря ни на что "Украинанаш", "здоровые силы" не хотят "прочь от Москвы", они с нами обнимаются и готовы бунтовать против своей власти, которая втянула их в "авантюру" и т. д. Картинку этих "здоровых сил" создает УПЦ МП - своими "великими сидениями", решениями соборов, которые слово в слово повторяют московские решения, радушием, с которым священнослужители принимают и сотрудничают с оккупантами и сепаратистами.

Что ж, это выбор руководства УПЦ МП. Они могут чтить и блюсти свою "Святую Русь", исповедовать и проповедовать "Русский мир" (пока эту идеологию еще не признали в Украине вне закона), "плевать на папу" (каковым "возомнил себя патриарх Варфоломей"). Могут сохранять свои священные связи с московским руководящим центром. В общем, могут жить своими догмами - у нас свобода совести, каждый верит, во что верит.

Но вера - личное дело каждого. Что же касается государственных объектов, то тут никакие взывания к "свободе совести" не работают: на государственных объектах только государство может и должно решать, кому предоставить возможность работать, а кому указать на дверь. Не нужны для этого ни дополнительные законы, ни даже сам Томос чудотворный - достаточно политической воли и распоряжений соответствующих министерств и ведомств. Если такое решение будет принято, никакие апелляции к "свободе совести" не сработают, потому что это вопрос не свободы совести, а государственной безопасности.

То, что УПЦ МП продемонстрировала себя в качестве угрозы национальной безопасности, - вина самой УПЦ МП. В этом качестве она очень нравится Кремлю. И старается понравиться еще больше. Но это очень сильно вредит ей в глазах украинского командования. Руководства конфессии сколько угодно может говорить о том, что "обвинения в адрес нашей конфессии безосновательны", но это не так. Основания все же есть.

Руководств УПЦ МП довольно четко определило свое отношение к войне, в которую Украина оказалась втянута российской агрессией - еще тогда, когда в первый раз "не встало", потому что отказалось считать людей, погибших в АТО "героями", защищавшими свою страну. Они тогда очень четко это проговорили: на Донбассе ведется "братоубийственная война". То есть ни о какой "защите страны" и государственного суверенитета речь не идет. Факта российской агрессии Киевская митрополия так и не признала, вероятно, и оккупации Крыма не заметила. Священнослужители УПЦ МП по ту сторону линии разделения, в отличие от представителей других церквей и конфессий, успешно трудятся на духовной ниве и сотрудничают с новыми "властями" - освящают знамена сепаратистов и оружие оккупантов, входят в разнообразные комитеты и совместные комиссии, в общем, оказывают поддержку. Об откровениях Гиркина о том, какое содействие ему оказывали монахи Святогорской лавры и другие священнослужители УПЦ МП тоже стоит упомянуть.

Все эти скандальные факты никак не комментируются в Киевской митрополии. Тут рефреном повторяют декларацию о том, что в УПЦ МП "уважают государственный суверенитет и территориальную целостность". Но слова ничего не стоят, если дела их опровергают: священники и епископы УПЦ МП на оккупированных территориях ничего такого не уважают. Коллаборация - это всегда непростой вопрос, каждый отдельный случай сотрудничества требует пристального изучения, поэтому не стоит спешить ни с осуждением этих священнослужителей, ни, тем более, с расправой над всей конфессией. Но ни один из фактов коллаборационизма ни разу не был прокомментирован Киевской митрополией в том смысле, что она не поддерживает своих священнослужителей, замеченных в антигосударственной деятельности. А молчание - знак согласия.

Вывод прост: в УПЦ МП оспаривают или хотя бы сомневаются в претензиях Украины на государственный суверенитет или (особенно) территориальную целостность.

Но если это так, если такова позиция руководства церкви - то как можно допускать священников этой церкви в войска, которые как раз тем и заняты, что отстаивают государственный суверенитет и территориальную целостность? Начать с того, что это опасно для войск - как для боевого духа, в который могут заронить зерна сомнения, так и для пользы дела, потому что священники с антигосударственными убеждениями могут работать на противника. А закончить можно тем, что если руководство церкви не разделяют взглядов на войну, территорию и само это государство, то, может, и священников в воинские части посылать не надо? Что же они, на "братоубийственную войну" благословлять солдат будут, что ли?

Ну а между делом чисто хозяйственная ремарка. Показывать кукиш государственной власти церковь может, а иногда даже должна - это риск, а в некоторых случаях настоящий подвиг веры. Но если ты при этом кормишься с "государственного" прихода - это, мягко говоря, лукавство.

Но эту цену в УПЦ МП не готовы платить ни за что. "Государственные" приходы - а это не только армия, но и тюрьмы, больницы и другие государственные объекты с храмами, которые во времена фавора у власти были массово "закреплены" за УПЦ МП - это очень хлебные места. Не только потому, что в эти храмы вкачиваются государственные "пожертвования". Тут и других пожертвований достаточно - у людей, которые служат, лежат в больнице, сидят в тюрьме, а также у их родственников нет выбора, куда идти. И это зачастую довольно драматично: все знают историю "неотпетого мальчика", но не каждый задумывался о том, что подобные истории происходили и происходят во множестве больничных храмов, где священники УПЦ МП отказываются уделять таинства "не там" крещенным - и взрослым, и детям, и выздоравливающим, и умирающим. Это практика, которая должна быть прекращена, - в том числе, ради самой церкви. Но и государство в этом заинтересовано.

Цивилизованному государству не с руки указывать гражданину и церкви, во что верить, что исповедовать и даже на какие идеалы смотреть. Но государству - если только оно не склонно к суициду - стоит следить за тем, кто имеет доступ в его силовые ведомства. И неважно, что на этом "ком-то" надето - пиджак, китель или ряса. Пока руководство УПЦ МП покрывает собственных сепаратистов и пуще ока бережет связь с Москвой, ее священникам - что бы ни исповедовал каждый из них лично - нет места в украинских силовых ведомствах. И это не "гонения" и не "репрессии", как уже назвали инициативу нардепов в УПЦ МП. Это вопрос национальной безопасности.

Екатерина Щеткина.

Buy for 50 tokens
Там маленькие кажутся большими, Там толстенькие кажутся худыми, Там головы у всех, как у гигантов, А руки, как у лучших музыкантов. Там зеркала изогнуты, как блюдца, И все смеются, и все смеются, И все смеются. (с) В столиці пройшов щорічний фестиваль шизофренії та брехні. Понад 55 000 зомбаків…

Error

default userpic

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.